Аллея звёзд — Ангелина Вовк - телеведущая

Ангелина Вовк - телеведущая, диктор Центрального телевидения СССР и Народная артистка России
Ангелина Вовк - телеведущая, диктор Центрального телевидения СССР и Народная артистка России

ЦИТАТЫ:
«В советское время всё-таки очень мы были привязаны к тексту. Я не хочу сказать, что это какая-то страшная цензура была. Но так сложились обстоятельства работы телеведущих. Вернее, дикторов – мы же тогда не были телеведущими, мы были дикторами. Этот текст мы не имели права произносить от себя. Только текст, согласованный на всех уровнях.»
«Знаете, поскольку я люблю свою работу, то я и тогда получала удовольствие, и сейчас. Я вела концерты классической музыки. Я представляла телезрителям лауреатов международных конкурсов в области балета. Мне это очень нравилось.»
«Ведь улыбка – она человеку в жизни очень нужна. А мы почему-то боимся лишний раз в лифте улыбнуться. Ходят все мрачные, никто не улыбнётся утром. Вошёл в лифт, ну, не знаешь ты человека. Улыбнись, скажи: «Здравствуйте!»»

ИНТЕРВЬЮ:

Минаев: Утреца всем добрейшего, друзья!

Молодцова: Доброе утро!

Минаев: Ещё раз всех поздравляю с пятницей! Пятница, как известно, прекрасница. По-другому не могу сегодня сказать, потому что у нас сегодня в гостях Ангелина Вовк. Вот так вот, запросто. Наша любимая телеведущая, народная артистка России, диктор центрального телевидения. Ведущая супертелевезионных программ «Спокойной ночи, малыши!», «Будильник», «Песни года». Не буду сейчас всё перечислять.

Вовк: Доброе утро!

Минаев: Ангелина Михайловна, сегодня канун вашего юбилея. Это дело серьёзное. Но по сути это тяжёлая работа или приятные хлопоты? Я имею в виду подготовку к юбилею.

Вовк: Знаете, я не могу однозначно ответить на этот вопрос. С одной стороны, это приятные хлопоты. А с другой стороны, это довольно напряжённая работа. Многие телеканалы, прослышав про мой юбилей…

Минаев:… и радиостанции…

Вовк: …и радиостанции, и журналы, и газеты решили взять у меня интервью. И, поверите ли, я сейчас занята буквально с утра и до вечера. Всё время где-то я появляюсь и что-то про себя рассказываю. Я очень люблю ваше радио. И те, кто слушает вас, – это тоже мои друзья. Потому что нас объединяет любовь к этому прекрасному радио, к этой великолепной музыке, к замечательным ведущим. Очень люблю ваше радио!

Минаев: Спасибо!

Молодцова: Ой, спасибо! Вы одна из немногих телеведущих, которые работали на телевидении со времён СССР. Когда было сложнее работать: в советские годы или сейчас?

Вовк: Сейчас легче. Объясняю, почему. В советское время всё-таки очень мы были привязаны к тексту. Я не хочу сказать, что это какая-то страшная цензура была. Но так сложились обстоятельства работы телеведущих. Вернее, дикторов – мы же тогда не были телеведущими, мы были дикторами. Этот текст мы не имели права произносить от себя. Только текст, согласованный на всех уровнях.

Молодцова: Когда удовольствие от работы вы получали больше – тогда или сейчас?

Вовк: Знаете, поскольку я люблю свою работу, то я и тогда получала удовольствие, и сейчас. Я вела концерты классической музыки. Я представляла телезрителям лауреатов международных конкурсов в области балета. Мне это очень нравилось. Владимира Крайнева я в консерватории перелистывала ноты.

(смеются)

Вовк: Это было интересно. Во всяком случае, аудитория моих поклонников была такая, что я могу ею гордиться.

Минаев: Одна из культовых программ, которые до сих пор присутствуют на нашем экране – это «Песня года». Вы много лет были ведущей. Скажите, какие-то эфирные кошмары снятся по ночам. Ну, с «Песней года». Вышли на сцену – тушь потекла. Или вышли на сцену – микрофон не работает.

Вовк: Или вышли на сцену, объявили исполнителя, а он не пришёл. Да, бывали такие случаи, когда я представляю исполнителя, а он не выходит. Зал полон, все ждут. Я не знаю, что говорить дальше. Вы понимаете, я начинаю выглядывать за кулисы, кто там появится. Там никого нет, полная тишина. И я просыпаюсь в этот момент.

Минаев: Серьёзно, прям снится это?

Вовк: Ну, раньше. Сейчас-то нет.

Молодцова: А как вы стали ведущей «Песен года»? Был какой-то конкурс или вас просто назначили, как в то время часто бывало?

Вовк: Я вам расскажу правду истинную. Когда задумали эту передачу, режиссёр этой программы Виктор Сергеевич Черкасов – его сейчас нет на этой земле – он меня пригласил в качестве ведущей. Им хотелось молодое свежее лицо, новые программы, новое лицо, новое имя. Но мне пришлось только один раз порепетировать. Потому что на следующий день меня уже с этой программы сняли.

Молодцова: Почему?

Вовк: Потому что более опытные дикторы – Анна Шилова, и Валентина Леонтьева, и, конечно, Игорь Кириллов. Они встали на моё место. Прошли годы. Наступили такие времена, когда режиссёр имел право выбрать. Ему уже никто не указывал, кого брать, почему брать именно этого человека. И Виктор Сергеевич Черкасов взял снова меня. Я работала в этой программе, менялись со мной соведущие. Но, наконец, Виктор Сергеевич привёл мне Евгения Меньшова. Честно сказать, мы не сразу с ним стали такой любимой парой у телезрителей. Потому что он актёр театра. И он привык в театре долго репетировать роль. Входить в образ. Конечно, он часто забывал текст, путал, беспомощно мило улыбался мне и всему зрительному залу. В ответ зрительный зал за это его полюбил. Он ошибся. Но он не смутился, он растерянно улыбнулся, посмотрел на меня, улыбнулся и всего его сразу простили. Ведь улыбка – она человеку в жизни очень нужна. А мы почему-то боимся лишний раз в лифте улыбнуться. Ходят все мрачные, никто не улыбнётся утром. Вошёл в лифт, ну, не знаешь ты человека. Улыбнись, скажи: «Здравствуйте!»

Минаев: Берём пример с нашей гостьи. Улыбаемся всем. И здороваемся! И в ответ получим то же самое. Меня счастье переполняет.

Вовк: Какой вы джентльмен! Спасибо!

Минаев: Вы сделали столько на телевидении для нашего народа, что просто не знаю… Одни «Спокойной ночи, малыши!» чего стоят.

Вовк: Вы были маленьким, когда я вела эту передачу?

Минаев: Когда-то мы все были маленькие!

Вовк: Расскажу такую историю. Однажды я ехала на машине по Тверской, это было раннее утро. И вдруг смотрю, возле перехода стоит заросший мужчина с гитарой. Но видно, после какого-то нового загула. И играет на гитаре, вокруг никого нет. Я выхожу из машины. Он кидается ко мне. Я, конечно, перепугалась. А он говорит: «Тётя Лина, я же вырос на ваших сказках!» А мне он показался, знаете, таким взрослым-взрослым дяденькой. Если не сказать как-то по-другому.

Минаев: Вот что значит ночные загулы.

Вовк: Я думаю, они отражаются на внешности. Не гуляйте ночью, мальчики.

Минаев: Я хотел спросить вас о вечерней программе. Как раз о «Спокойной ночи, малыши!». Скажите, с кем у вас были лучше отношения: с Хрюшей или со Степашкой? Была ли какая-нибудь закулисная борьба под столом у этих персонажей?

Вовк: Я, конечно, любила всех персонажей. Невозможно любить одного и не любить остальных. Это как дети. У нас был исполнитель роли Фили. Замечательный артист из тетра Образцова Григорий Топчинский. И он рассказывал такую байку: «Когда я пойду на пенсию, я буду писать мемуары. И напишу: двадцать лет под юбкой у тёти Лины». Но добавлю ради справедливости: такую же версию он сказал тёте Тане Веденеевой, она рассказывала. И тёте Вале Леонтьевой. У кого он был дольше под юбкой, история умалчивает.

(смеются)

Минаев: У нас на радио телевидение просто началось. Ваш голос  поднимает бодрость духа и настроение. Я бы хотел вернуться к «Песне года», к этой программе. Вели вы её, как мы уже сказали, эту программу очень много. Скажите, вы же видели, как развиваются отечественные песни на протяжении всего этого времени. Большая ли разница между песнями, которые раньше исполняли и песнями, которые сейчас звучат из того же самого телевизора? И почему песни, которые в 70-х - 80-х годах были написаны, живут дольше? Их до сих пор поют. И, я предполагаю, ещё будут петь.

Вовк: Да, ещё будут петь. Понимаете, те песни, они соответствовали духу, какому-то менталитету нашего народа. Мы народ неспешный, мы плавные люди. И, конечно, потом, когда началась перестройка, почему-то весь мир подпал под влияние вот этой музыки афроамериканской, да.

Молодцова: Ритмичной, быстрой.

Вовк: Да. Ритмичной. Такой, как гвозди вбиваются в голову. Потом композиторы уже подчинились вот этой воле извне. Они уже начали писать, или сочинять, или я не знаю…

Минаев: Заимствовать.

Вовк: Правильно, а то я бы могла сказать хуже. Заимствовать. И создавать такие песни, которые невозможно спеть. Особенно, когда повторяется на протяжении, скажем, всей песни «Белая луна на небе видна». И вот эту дурацкую фразу подчас. Именно дурацкую.

Минаев: Такую ощущение, что вы сейчас хит придумали: «Белая луна на небе видна».

Вовк: А я могу тоже сочинить. Возьму музыку какого-нибудь африканского композитора, положу на неё эти слова. Кто будет знать этого африканского композитора, кроме меня, которая его откроет для всех?

Минаев: Мы сегодня много говорим о телевидении, о том, как вы работали там. И работаете. Но хотелось бы ещё поговорить о телевидении, на котором вы развлекались, если можно так сказать. Вы же участвовали в проекте в 2002 году «Танцы со звёздами».

Вовк: Да.

Минаев: Танцевали.

Вовк: Да.

Минаев: По полной программе.

Вовк: О!

Минаев: Это ваша идея была или вас кто-то пригласил?

Вовк: Это, конечно, не моя идея. Меня и раньше приглашали много куда. Меня и в эту программу приглашали. Мне тогда уже исполнилось… эээ…

Минаев: Неважно!

Вовк: Я не думала, что в таком возрасте брошусь танцевать. Думала, что не смогу что-то сделать, надо мной будут посмеиваться, скажут: «Ну вот, танцует она».

Минаев: Программу и партнёра кто вам подобрал?

Вовк: Партнёра я выбрала сама. Мне представили несколько фотографий мужчин.

Минаев: Этого хочу!

Молодцова: (смеётся)

Вовк: Мне почему-то понравилось его лицо. Он действительно славный очень парень. Вытерпел мою неподготовленность. Он же профессионал. Мы с ним репетировали по четыре часа в день. Самые разные танцы. Конечно, вальс мне дался легче всего. Но всё остальное – румба, ча-ча-ча – это уже было сложнее. Но я репетировала честно. Я репетировала с ним. Я репетировала дома.

Минаев: После дома без партнёра? Вместо утренней гимнастики, грубо говоря?

Вовк: Да, это вообще очень полезно. Ставить музыку и танцевать дома. Во-первых, ты становишься стройнее. Во-вторых, настроение, если не очень хорошее, становится лучше. А в-третьих, вообще становишься такая гибкая красавица!

Минаев: А в акробатическом рок-н-ролле не хотите себя попробовать?

Вовк: Да и рок-н-ролл танцевала, если вы помните.

Минаев: Я про акробатический!

(смеются)

Вовк: До акробатического я ещё не дошла, но какие мои годы! Всё впереди!

Минаев: Смотришь на вас и прямо диву даёшься! Прекрасно выглядите, Ангелина Михайловна. Накануне своего юбилея спасибо, что нашли время и к нам пришли. Но кроме наших вопросов есть у нас ещё вопросы и наших слушателей.

Вовк: Неужели к вам можно дозвониться? Мне кажется, это нереально.

Минаев: Сложно, на самом деле. Но вот только из Москвы попытали счастья и получилось.

Вовк: Ей повезло, что она прозвонилась. Я сколько раз не пыталась дозвониться на какое-то радио, у меня никогда не получалось.

Минаев: Мы потом скажем вам секретный телефон, будете потом дозваниваться. Ольга, доброе утро!

Ольга: Доброе утро!

Минаев: Вы счастливый человек! У вас есть уникальная возможность познакомиться. Может быть, даже подружиться с Ангелиной Вовк. Время не теряйте, действуйте.

Вовк: Доброе утро, Олечка!

Оля: Доброе утро, Ангелина Михайловна! Доброе утро, «Первая Смена». У меня есть вопрос к Ангелине Михайловне. Откройте секрет, почему вас не взяли диктором в программу «Время» или в какую-нибудь другую серьёзную программу?

Вовк: Должна вам разложить всё по полочкам. Наш художественный руководитель Игорь Леонидович Кириллов очень хотел, чтобы я вела информационные программы. Но я уперлась рогами и копытами: «Не буду вести!» Я была тогда молодая, очень смешливая. Я много улыбалась. Я шла по телевидению и расточала улыбки всем.

Минаев: И сейчас, кстати, ничего не поменялось.

Вовк: Поэтому я не представляла себя в этой программе. Ну как я сяду читать серьёзные новости? Я думаю, после одной моей улыбочки мне тут же бы сказали: «Так, девушка, собирайте чемоданчик! Захотели в театре работать? Идите работать!»

Минаев: Может, вы бы изменились в лучшую сторону?

Вовк: Не думаю.

Минаев: Давайте ещё одну грань ваших талантов откроем. Это преподавание русского языка на японском телевидении. Вы что, японский знаете?

Вовк: (поёт по-японски) Дальше не помню ничего!

Минаев: Вот это да! Честно говоря, обескуражен!

Вовк: Это японская песня. Содержание таково: однажды девушке в горном селении кто-то подарил гребень для волос. Кто бы это мог быть? Волнуются все селяне.

Минаев: Японский юноша!

Вовк: Вот не догадались они. А если не догадались, то хотели вычислить.

Минаев: А где вы японский-то выучили?

Вовк: Вы знаете, я там пыталась учить японский. Конечно, если бы я там пожила чуть-чуть побольше, я бы выучила. Мне очень понравилась Япония. Это удивительно красивая страна. Мне понравились японцы. Они улыбчивые, доброжелательные, дисциплинированные, трудолюбивые. Они работают на совесть.

Молодцова: Не то, что ты Саша.

Минаев: Там, если что – харакири.

Вовк: А если сам не сделает, ему помогут товарищи.

Минаев: У нас с товарищами всё как-то попроще. Спасибо вам большое!